Михаил Кухар: Падение украинской экономики на 20% – это оптимистический сценарий, на 25 % – реалистический прогноз

Михаил Кухар, экономист IMF Group (Независимая Группа макроэкономического анализа и прогнозирования), рассказал BusinessLife.Today о предстоящей инфляции, падении ВВП и уровне доходов населения.

Фото: Игорь Радченко

Фото: Игорь Радченко для www.BusinessLife.Today

Каждый может самостоятельно определить, когда экономика Украины достигнет дна. Первый признак: вслед за периодом падения занятости начинается сокращение безработицы. Второй признак: после периода падения производства, импорта и экспорта появляется рост в течение одного-трех месяцев, но в годовом итоге падение равно нулю, далее рост увеличивается. Третий признак: безнадежные долги списываются – банковская система терпит убытки, формирует или не формирует резервы, кто-то банкротится. Кредитный портфель замирает и вновь возобновляет рост. И четвертый признак – это статистика ВВП, которая публикуется с опозданием, мы ее видим гораздо раньше по производству основных продуктов, торговле. Инфляция, которая замедляется до однозначной цифры в месяц. Не всегда она падает до нуля, иногда экономический рост возобновляется довольно высокой стимулирующей инфляцией. Подобный опыт мы имели в 2000 году.

Напомню, что с 1991 по 1999 год Украина пережила десятилетие рецессии. Жизнь постепенно налаживалась, но экономический рост не возобновлялся на протяжении трех лет. Были месяцы роста и месяцы падения, причем падение все время нивелировало положительные показатели. В 2000 году Украина, имея инфляцию 24%, показала реальный рост ВВП на 12% – это был первый год экономического роста. Потом мы имели так называемое «золотое десятилетие», когда за 2000-2008 годы ВВП почти удвоился, а доходы населения выросли втрое. Рост был четко виден по всем четырем признакам, которые я назвал выше.

Отмечу, что в 2000 году мы имели «феномен прорыва» – беспрецедентное явление в новейшей экономической теории Западной и Восточной Европы, потому что ни одна страна, имея инфляцию выше 12%, не показывала роста. А Украина при инфляции свыше 24% продемонстрировала рост 12%.

Михаил Кухар (11)

Фото: Игорь Радченко для www.BusinessLife.Today

В нынешней ситуации публикуемая статистика НБУ и правительства не вселяет оптимизма. Мы даже не видим сокращения темпов падения основных показателей: производства, безработицы, экспорта, импорта, инфляции. Мы констатируем только нарастание кризиса и ускорение падения. Говорить в таких условиях о том, что украинская экономика достигла дна, – экономически абсурдно.

Эконометрические прогнозы показывают: при такой динамике скатывания вниз весьма вероятно, что мы сможем замедлить падение в этом году и выйти на нулевую точку в 2016 году. Но ни о каком достижении нулевой точки в 2015 году, исходя даже из статистических данных первых двух кварталов – речь не идет.

Конечно, можно винить войну или революцию, но, в первую очередь, необходимо говорить о неработающей банковской системе, которая не кредитует нормально ни одну из отраслей. Для аграриев этот факт оказался критически важным, и теперь урожай будет в два раза меньше, а значит – ниже экспорт.

Михаил Кухар (23)

Фото: Игорь Радченко для www.BusinessLife.Today

Можно смело утверждать, что нулевой точки дна в 2015 году украинская экономика не достигнет. Произойдет ли это в 2016 – на мой взгляд, тоже нет. Чтобы сказать наверняка, нужно дождаться конца осени. Переживем мы или нет новый виток девальвации? Удержим ли контроль над инфляцией или сорвемся к гиперинфляции? В таком случае мы точно не достигнем нулевой точки в 2016 году, а будем выводить финансовую систему из состояния глубокого кризиса.

Если правительство не предложит действенной программы реструктуризации этой осенью – а мы уже этого не видим — можно смело прогнозировать, что продолжится экономический спад. Доступный коммерческий кредит для предпринимателя отсутствует уже полтора года, и если он не появится вновь, пусть немного под более высокие, но хотя бы вменяемые проценты, то ни о каком возобновлении роста экономики можно не мечтать.

На данный момент, наблюдая за шагами НБУ и правительства, наша группа не прогнозирует нижней точки падения даже в 2016 году, а наш прогноз – умеренно-пессимистический.

Михаил Кухар (15)

Фото: Игорь Радченко для www.BusinessLife.Today

Любое правительство, публикуя прогнозы, всегда представляет несколько вариантов: оптимистический и пессимистический, а также умеренно-оптимистический, который не предполагает краха, но ситуация находится под контролем.

Официальные прогнозы, которые публикуют Яресько и Гонтарева, – это невероятный оптимизм! Нельзя заявлять, что мы удержим инфляцию в пределах 30%, когда она уже составляет за 8 месяцев 43%, а по цепному индексу за последние 12 месяцев – 60%.

Нельзя публиковать прогноз падения ВВП на 7%, имея в квартальной статистике отчет о падении 24%. Чисто эконометрически существует модель, когда мы выйдем на общее падение в 7-9%. Я уверен, в Нацбанке знают, что нужно сделать: необходим огромный финансовый ресурс, вброшенный в реальные сектора экономики. Есть этот ресурс? Да на самом деле денег нет даже на спасение банковской системы!

Считаю, что падение экономики на 20% в этом году – это оптимистический сценарий, на 25 % – реалистический прогноз.

Что касается инфляции, мы пересмотрели наш прогноз в сторону оптимизма. Уже видно, что антиинфляционные меры НБУ в отношении подавления инфляции оказались более эффективны чем мы предполагали. И годовая инфляция уже не «улетит» выше 100% — она останется в пределах 50-70%, не выше. К сожалению, вариант самого худшего сценария у нас все еще не исключен!

Чтобы его исключить, нужно всем мировым инвесторам показать простейшую макроэкономическую модель нашей страны: обязательства, процесс реструктуризации, платежный график, резервы, монетарную политику – вот маяки, утвержденные МВФ. Соответственно, мы лишнюю гривневую массу на рынок не выпускаем, источники инфляции подконтрольны и находятся на уровне 30%, которые запланировал НБУ. Выход сложный, но он есть!

Михаил Кухар (22)

Фото: Игорь Радченко для www.BusinessLife.Today

В период управления Нацбанком Виктором Ющенко были созданы два кейса мирового значения, когда очень высокая инфляция в сотни процентов подавлялась в течение 60 календарных дней – это действительно маленькое экономическое чудо. Ющенко проделал такой трюк дважды – в 1996 и в 1998 годах, когда действительно терялся контроль над инфляцией и НБУ при помощи чисто монетарных способов возвращал инфляцию в однозначную цифру в месяц. Таким образом, стабилизировался курс – хотя это, конечно, заслуга не только Ющенко, поскольку он следовал советам команды экономистов МВФ, которые разрабатывали программы в 1996-1998 годах. Но, как видите, не всегда удается правильно их воплотить, и сейчас качество реализации программы явно страдает.

Реформы должны проводиться, когда в стране наступит финансовая стабилизация. Отсутствие финансовой стабилизации, как отдельной задачи, стоящей перед НБУ и правительством, является более важной проблемой, чем отсутствие реформ.

Представьте себе, реформы состоялись и фирму можно зарегистрировать за 15 минут, но в страну, где инфляция 60% и идет война на Востоке, не придут инвестиции. И тот факт, что можно легко зарегистрировать компанию, ничего не даст! Инвесторы, прежде всего, поинтересуются: каков подоходный налог, отдача капитала, посмотрят на индекс ВВП, инфляцию, курс. Ведь доллар меняется в гривну, чтобы быть вложенным в украинскую экономику, но если есть риск резкой девальвации, то какие могут быть инвестиции?!

НБУ, желая сократить золотовалютные резервы, ввел ряд ограничений, которые заявлены как временные и критически необходимые, но они действуют уже полгода. Там буквально прямым текстом – запрет на репатриацию прибыли инвестором. Но если не давать возможности выйти инвестициям – закон инвестиционного менеджмента – нечего ждать ввода денег.

Есть подробный анализ экономики более 17 стран, переживших сильнейший кризис, когда население стремилось обменять чуть ли не всю валюту – это Чили, Аргентина, ряд африканских стран, Россия и Казахстан в определенный период, и даже Польша начала 90-х годов. Горячая денежная масса тогда составила всего 24% наличной валюты, т.е. мы можем держать резервы в четверть.

Михаил Кухар (14)

Фото: Игорь Радченко для www.BusinessLife.Today

Во время революции по формуле Currency board курс был 8 гривен за доллар. Нам бы хватило 5-10% девальвации, но с тех пор произошло следующее. Для соблюдения этой формулы важна была твердость Нацбанка. Руководство НБУ, которое пришло после Майдана, сделало две противоречивые вещи: напечатало свыше 120 млрд. гривен и выдало рефинансирование, потому что люди пытались купить валюту. Далее последовали ограничения, которые спровоцировали желание купить валюту даже у тех, кто не собирался этого делать. Результат мы видим сейчас – нынешний курс зафиксирован чисто директивно.

На руках у населения находится лишняя гривна – примерно 120 млрд – это снятые вклады. Фактически, речь идет о долларах, которые население не смогло купить, т.е. о более или менее горячих деньгах, но вместе с тем мы не видим, чтобы люди штурмовали киоски. У населения, кроме этих денег, есть еще порядка 90 млрд долларов.

Многие сомневаются, есть ли эти деньги, но я могу доказать любому экономисту, что данная сумма составляет не менее 60 млрд, ведь есть официальная статистика разницы покупки и продажи населению долларов. 90% – это сумма до 2 тыс., и конечно, это не деньги олигархов. Только за период 2009-2014 гг. сумма составила 40 млрд. Сейчас мы пересчитываем данные и сверяем с декларациями ввоза-вывозы валюты с 1996 года – на 65 млрд уже вышли! Страна накопила 65 млрд наличных долларов за последние два десятилетия своей истории! В НБУ есть более детальная статистика, и по их подсчетам цифра равна 92 млрд. долларов! Нужны ли людям эти деньги?!

Ввиду отсутствия в стране на протяжении ряда лет структурных реформ (при этом Украина догнала и перегнала по уровню жизни Болгарию в 2012 году), стыдно не иметь своего фондового рынка.

Михаил Кухар (13)

Фото: Игорь Радченко для www.BusinessLife.Today

Кстати, наши предприятия размещались через Варшаву, соответственно были обречены на дополнительный налог в виде накладных расходом и комиссий в 5-10%, а тем временем в Украине отсутствовал рынок ценных бумаг, и в итоге стодолларовая бумажка стала выполнять функции акции или облигации. Отмечу, что до 2008 года данную роль выполняли квартиры и земельные участки. Это не вина населения, это вина финансовых властей, которые не создали альтернатив.

Сейчас в НБУ обсуждается ряд проектов по валютным облигациям для населения. Возможно, данный шаг позволит вернуть деньги в банки. Был неплохой проект нулевой декларации, но, к сожалению, политической воли на его принятие не хватило.

Падение экспортной выручки в кризис для нас еще более важный показатель, чем падение ВВП. Мы в пределе можем потерять 24 млрд. долл. экспорта в РФ – и эта дыра за год не затянется. Ее можно будет закрыть или курсом (как это происходит в нынешнем году), или внешними займами (которых нет и не предвидится в таком объеме как 24 млрд. в год).

Пока мы или не нарастим свой экспорт на искомую сумму (а за год или за два этого не произойдет, мы в мирное время наращивали экспорт на такую сумму за пять лет) – курс будет лететь вниз.

Прогноз к концу года я сделать не могу. Поскольку здравый расчет показывал, что по соотношению спроса со стороны экспортеров, Нефтегаза и населения с падающими поступлениями от экспорта НБУ должен или растратить за осень 3-4 морд .долл резервов или опустить курс еще на 40-50%, то есть до отметки свыше 30 грн. за доллар пока этот баланс не выровняется. Но Нацбанк не делает ни того, ни другого. Он и не делает интервенции и не делает девальвации. Он просто выравнивает баланс спроса и предложения отсечением спроса на валюту.

Поэтому, когда действуют нерыночные административные механизмы, предсказывать каким будет курс я больше не берусь.

Михаил Кухар (6)

Фото: Игорь Радченко для www.BusinessLife.Today

Примечательно, что мы скатились до показателей 2004 года, но уровень жизни конца 90-х довольно близко. Добавлю, если падение экономики прекратится в этом году, самый быстрый и экстремальный способ восстановления уровня доходов населения состоится только в 2020 году. Но с учетом того факта, что украинская экономика не достигла дна, скорее всего, в 2020 году украинцы все еще будут жить хуже, чем в 2013, даже несмотря на эффективные реформы.